Вертолет сбивают из ПЗРК духи. Офицер с позывным «Спартак» вместо смерти попадает в Древний Рим в самый разгар рабского восстания. Попадает, разумеется, в тело лидера восстания Спартака. Рабы терпят сокрушительное поражение. Перспективы? Либо оказаться распятым, либо насаженным на кол. Ну или провести СВО теперь уже в Древнем Риме, где вместо талибов с переносными ракетницами и автоматами, бить придется легионеров с гладуиусами и скутумами.

Я бывший военный, уже успевший отвыкнуть жить по уставу и выполнять чужие команды. Однажды прошёл через странный туман, и это кардинально изменило мою дальнейшую судьбу. В родном мире я старался никогда не брать на себя лишнюю ответственность, но сейчас в Улье многие люди зависят от меня. Старые проблемы догнали и появились новые, что не доставило мне радости

Они убили меня… Убили мою жену… Бастион предложил контракт, дал новое тело — теперь я снова на ногах. Важность моей цели нельзя недооценить. Путь будет долгим, но я справлюсь! Месть — это блюдо, которое подают с гранатометом!

Привычный мир рухнул. Инопланетные захватчики оккупировали Землю, превратив ее в свою колонию. Человечество почти все уничтожено — лишь небольшая группа людей, называемая отрядом «Свобода», во главе с командиром Костей Мором, находят в себе силы противостоять вторжению.

В Петербурге убит церемониймейстер Двора Его Императорского Величества! Неутомимый сыщик Алексей Лыков принимается за расследование этого громкого дела. На первый взгляд все кажется простым и понятным – убийство совершено с целью ограбления. Подозрение сразу же падает на пропавшего лакея. Но Лыков не спешит соглашаться с этой версией – очевидность улик слишком подозрительна. Распутывая клубок придворных интриг, сыщик понимает, что ограбление было лишь прикрытием…

Он вынужден участвовать в смертельном реалити-шоу. Бескомпромиссная борьба за жизнь в прямом эфире. Здесь нет места жалости и состраданию, ведь чем жестче ты убьешь ближнего своего, тем больше донатов пришлют тебе зрители. Надеяться можно только на себя - ведь в конце шоу останется только один участник. Один-единственный, последний живой.

Я никак не мог придумать рационального объяснения происходящему. Я помню аварию на перекрёстке, помню, что отключился. Может, это галлюцинации? Так бывает после наркоза. А что?.. Я стоял в полной прострации перед окном, глядя на своё отражение. Ещё полчаса назад я был шестидесятилетним дядькой. Как я мог оказаться этим прыщавым юнцом? Может, всё-таки, это галлюцинация?